Главная \ Пресса \ Борис Лагода собирается торопиться медленно (1997 г., Рэспубліка)
« Назад

БОРИС ЛАГОДА СОБИРАЕТСЯ ТОРОПИТЬСЯ МЕДЛЕННО

Борис Лагода – новый главный режиссер Государственного театра музыкальной комедии РБ. Молодой, уверенный в себе, энергичный, сам себя называющий диктатором, поставивший целью сделать белорусскую оперетту театром европейского уровня.

Осуществятся ли амбиции и добрые намерения Бориса Лагоды, покажет время, но сам по себе факт назначения нового главного режиссера – неординарное событие для культурной жизни Беларуси и, естественно, для самого театра. Уж слишком долго труппа существовала без практически какого бы то ни было творческого влияния, шла по накатанной колее. Как складываются сейчас взаимоотношения коллектива и нового лидера? "Нам есть чему учиться друг у друга", – так охарактеризовал их сам Борис Лагода. Мы же можем судить об этом по двум новым спектаклям "Шляпа Наполеона" и "Цыганский барон". Премьерные показы последнего идут в театре в эти дни.

– Борис, поздравляем со столь почетной должностью и, если можно, несколько слов о себе...


– Родился в Беларуси, в Гродненской области, служил в армии, закончил Белорусский театрально-художественный институт как актер театра и кино и заочное отделение режиссуры ГИТИСа. Работал актером в Гродненском областном драматическом театре, занимался созданием театра-мюзикла в Гродно, затем был приглашен в Украину, в Криворожский театр драмы и музыкальной комедии. В Минске несколько раз с прежним руководством мы пытались найти общий язык, но не пришли к консенсусу, как сейчас принято говорить. Уехал в Новосибирск, где пять лет проработал главным режиссером, а с 11 января этого года стал главным режиссером сразу двух театров – Новосибирского и Минского. Но поскольку мотаться за четыре тысячи километров туда-сюда сложновато, с 1 апреля я "весь" в Минске.

– А 31 апреля состоялась премьера вашей постановки "Цыганский барон". В каком-то смысле это заявка в качестве главного режиссера?

– Нет. Это не заявка и не тот материал, к которому лежит моя душа. Скорее это необходимость. Начинать притирку театра с творческим лидером нужно всегда с малого. Торопись медленно – есть такое понятие в актерской среде. Нельзя сразу предложить людям все, что имеешь, и ломать все стереотипы. Когда в театре за 27 лет его истории только 7 лет были главные режиссеры, а последние девять в творческом плане его никто не возглавлял, то сразу неподготовленную труппу невозможно "бросить" в очень серьезную работу. Следующая постановка, которая планируется, обещает быть очень серьезной и сложной. Речь идет о "Кабаре" Джона Кендера. Это сложнейший материал для любого театра и для любого режиссера, я шел к этому несколько лет.

– Почему же сейчас ваш выбор остановился именно на "Цыганском бароне"?

– "Цыганский барон" возник потому, что назрела необходимость в хорошей комедии. Кроме того, кое-какие из старых спектаклей сходят с афиш. Дальнейшая их эксплуатация в силу возраста не представляется возможной, и за счет двух новых постановок – "Шляпа Наполеона" и "Цыганский барон" – мы хотим обновить классическую часть репертуара. Но опять-таки, актеры постепенно привыкали ко мне, я – к ним. Только в работе шаг за шагом можно почувствовать друг друга.

– Каковы ваши первые впечатления от работы с новой труппой?

– О первом впечатлении говорить трудно. Я ведь знаю этот театр уже лет девять, знал, куда иду. Был готов к тому, что "авгиевы конюшни" придется чистить мне.

– Вы рисковали, соглашаясь возглавить новый театр?

– Конечно. Это был очень рискованный шаг. Но мое любимое число четыре, и я, можно сказать, в четвертый раз начинаю строить театр. Но уверен, что этот будет моим последним местом работы.

– И каким бы вы хотели увидеть театр, скажем, лет через десять?

– Пока я загадываю только на пять лет вперед. Это должен быть театр европейского уровня, обладающий своим индивидуальным творческим лицом. Все данные для этого у нас есть. Это в Украине 90 театров музыкальной комедии, а здесь он один, как, собственно, и оперный. Зная конъюнктуру европейского рынка, сделать его "конвертируемым" несложно. А я ее знаю. Естественно, не по конкретным названиям, а по сути, каким они хотят видеть театр отсюда.

– А можно расшифровать? 

– Интересным может быть только то, что создано нами на базе наших культурных традиций. Наша музыка, наши авторы и, естественно, наши постановщики и исполнители. В первую очередь все нужно базировать на своей культуре. 

– Вы имеете в виду белорусскую культуру?

– Нет, к сожалению, на сегодняшний день у нас нет белорусскоязычного материала, который можно было бы воплотить на сцене в музыкальном театре.

– Как вы собираетесь формировать будущий репертуар? 

– Должны быть спектакли, написанные специально для театра. И они будут написаны. У меня есть соавтор и композитор, так что это только вопрос времени. Нужно ставить спектакли, которые не идут на других сценах в стране, потому что все репертуарные листки слишком похожи. Убежден, что театр – это понятие авторское. Был МХАТ, когда были Станиславский и Немирович-Данченко, был Камерный театр, когда были Таиров, был БДТ, когда был жив Товстоногов, есть "Маяковка", есть Ленком с их лидерами. Творческий лидер – это автор театра. Он видит его со стороны и знает, по какому пути нужно вести. Я вижу только в этом развитие театра – индивидуальные постановки, которые больше нигде не идут.

– Творческие планы большие... А как со средствами?

– Нам очень помогает руководство города. Выделили средства на "Цыганского барона". Собираемся менять свет полностью – это дорого стоит. Приобрели выездную фуру с выездной площадкой. "Кабаре" – тоже очень дорогой спектакль. Ждем реорганизации театра. Надеемся, что будет принято решение о преобразовании в Государственный Минский музыкальный театр. Как видно из самого названия, поле нашего творчества может стать более широким. А для коллектива с великолепным оркестром, балетом, какого нет ни в одном театре музкомедии на территории бывшего Союза, это дает большие возможности. Есть, конечно, финансовые проблемы, низкие зарплаты, но так везде сегодня. Каждый старается подработать, кто-то уходит из театра. Сейчас ждем пополнения: несколько студентов консерватории у нас работают, несколько актеров приедут из Новосибирска, пытаемся переманить некоторых артистов из других российских театров, поскольку нам сейчас помогают с жильем. Будем формировать труппу. Процесс трудный, но его нужно пройти, чтобы стать театром.


Анастасия КОЗЛОВА.
Рэспубліка. – 1997. – 21 мая. – С. 12.