Главная \ Пресса \ Нет повести прекраснее на свете, чем повесть о балете в оперетте (1995 г., Знамя юности)
« Назад

НЕТ ПОВЕСТИ ПРЕКРАСНЕЕ НА СВЕТЕ, ЧЕМ ПОВЕСТЬ О БАЛЕТЕ В ОПЕРЕТТЕ

Следует уточнить: хотя речь пойдет о балете театра музкомедии, его главные творческие удачи связаны не столько с опереточными подтанцовками, сколько с отдельными постановками. За два с половиной года существования в нынешней версии коллектив представил на суд почитателей Терпсихоры несколько спектаклей и концертных программ. Совсем недавно, в межсезонье, балет театра музкомедии впервые побывал в длительном зарубежном турне по столь притягательной для отечественных оперы и балета Испании.

По возвращении труппы корреспондент "ЗЮ" встретился с ее руководителем – главным балетмейстером театра заслуженной артисткой России Ниной ДЬЯЧЕНКО.

– Нина Николаевна, как долго длилась поездка?


– Месяц, в течение которого мы дали 20 представлений, в первом отделении которых шла "Кармен-сюита" (один раз – "Штраусиана"), в во втором – программа из классических балетных номеров.

– Не сомневаюсь, что темпераментные испанцы устроили вам горячий прием…

– Да, но публика проявляла свои эмоции по-разному. Случалось, что на протяжении всего спектакля не было реакции. Например, выход Кармен – чудо-танец с ярким финалом – зажигательная музыка, эффектная заключительная поза – и… молчок, ни единого хлопка. Неужели провал? Дальше сюжет раскручивается по нарастанию: появление Тореро, затем адажио, такое чарующее, страстное, когда Тореро и Кармен, как два больших зверя, ходят кругами, проверяя друг друга, – вновь тишина. И вдруг, совершенно неожиданно для нас, зритель "включается". Аплодисменты все громче и громче, а потом тысячи ладоней скандируют на три доли – тья-та-та, тья-та-та. Так было раз шесть-семь. Везде принимали очень хорошо, долго не отпускали, но эти ритмические хлопки – высшая оценка.

– Ваша "Кармен" совсем иная, нежели у Елизарьева…

– Да, это постановка Альберто Алонсо, сделанная специально для Майи Плисецкой, и, казалось, больше никому не осилить эту сложную и своеобразную хореографию. Но именно так, на мой взгляд, должна решаться "Кармен-сюита".

– Удовлетворяла ли вас реклама?

– Более чем. Там поступают довольно оригинально: листы афиш не разрезаются, а наклеиваются длинной сплошной полосой. Едешь в автобусе, в тебя на протяжении метров этак двадцати сопровождает "Кармен-Кармен-Кармен…". Кроме того, в день спектакля бригада с громкоговорителем объезжает на машине весь город, объявляя, кто приехал и что за спектакль.

– У вас везде были аншлаги?

– Везде. Причем часто, если можно так выразиться, – супераншлаги. Схема организации, в двух словах, такова. Муниципалитет при подписании с импресарио контракта на определенную сумму ставит ему условие: "Найдите нам коллективы для проведения фестиваля" – в это время в Испании фестивали искусств проходят повсеместно. Силами же муниципалитета на концертную площадку (если дело происходит не в театральном здании, а летом обычно так и бывает) доставляется тысяча-полторы кресел. Первые два ряда – для привилегированных. Безумно дорогие билеты окупают все затраты. Миллионеры не могут позволить себе прийти даром: это для них ниже достоинства. Остальные ряды – по пригласительным. Кроме того, на представлении присутствовало – в больших городах, например, в Гранаде, Малаге, – две-три тысячи тех, кто пришел со своими стульями, разместился на ступеньках или просто подстелив газету. Море людей! Причем это были не просто зеваки – они вместе с артистами переживали, радовались, горевали. Ни с чем не сравнить чувство, возникающее при виде такой реакции публики.

– А в родном городе Кармен вы выступали?

– Нет, наш маршрут прошел мимо Севильи. Но испанский дух ощущался повсюду, особенно когда мы, приехав в один из городов Андалузии, увидели горожан сплошь в национальных костюмах. Все в движении – пешком, верхом, семействами на крытых двуколках. В этот день был национальный праздник. Движение перекрыли, и наш автобус был вынужден остановиться. Когда мы вышли, то увидели, что везде накрыты столы, люди танцуют, поют, угощаются – словом, веселятся от души. Конечно, и нас стали хватать за руки, увлекая танцевать. Понятное дело, мы не отказывались. Приятные ощущения, как видите, не только от выступлений на сцене. Ребята напитались эмоциями вволю!

– А витаминами – я имею в виду южные фрукты?

– Ой, они не закрывали ртов. У нас очень молодая труппа, большинство в возрасте 18-20 лет. Для наших мужчин еще продолжается процесс физического роста, возмужания. И огромная физическая нагрузка требует восстановления – ведь за вечер танцовщик поднимает партнершу на вытянутых руках не один раз. Конечно, мы нищие. Наша зарплата не позволяет нашим артистам полноценно питаться – про одеться я уже не говорю. А там появилась возможность купить – поскольку было чем заплатить – и поесть.

– Кто особенно понравился испанцам?

– Хочу подчеркнуть, что в поездке выявились лидеры, личности. В первую очередь, это Костя Кузнецов, Юля Дятко, Виталий Красноглазов. Вообще-то на партии Кармен и Хозе первой парой были приглашены из московского "Ренессанс-балета" Татьяна Беренова и Денис Гроностайский. В афишах и программках их имена красовались в верхней строке. Но по ходу гастролей выявилось, что зрители отдают предпочтение Дятко и Кузнецову.

– Сколь многочислен был ваш выездной состав?

– Двадцать один человек, включая москвичей.

– Что вы можете сказать об отношении к вашему искусству в Испании?

– Своих балетных трупп там очень мало, но зритель искушенный и образованный. Они имеют возможность ездить по всему миру, по крайней мере по Европе, смотреть и сравнивать. И опять же, много гастролеров. Не то что у нас, где зритель не видит иного балета, кроме белорусского, и в массе не имеет возможности выехать, а "челноки", бизнесмены вряд ли посещают театры оперы и балета – разве что люди искусства или дипломаты. Как бы ни были хороши работы Валентина Николаевича (Елизарьева – Б.Ч.), интересно посмотреть постановки и других известных хореографов. Но их сюда не зовут.

– Нина Николаевна, хотя в ваших словах грусть и сожаление, все же заметно, что и вы в поездке "напитались эмоционально".

– Я такая по жизни, меня задавить не так-то просто. Хотя сейчас у нас серьезные проблемы. Сразу восемь человек из мужского состава "сватает" военкомат. Можете представить: ребята на подъеме, они уже мастера – и на два года в армию! Кирзовые сапоги означают – прощай, профессия, которой отдано столько лет. Ради нее многим пришлось в детстве жертвовать, и вот теперь… А мы планировали в октябре вновь съездить в Испанию, на сей раз с "Дон Кихотом"…

Р.S. Три дня назад театр музкомедии открыл юбилейный, 25-й, сезон большим гала-концертом, где блеснули и питомцы Нины Дьяченко. А сегодня вечером "Дон Кихот" предстанет перед минчанами – это будет одна из "генеральных репетиций" перед новым путешествием в страну Сервантеса.

Конечно, театру непросто осенью отпустить свою балетную труппу, даже в минимизированном составе, в зарубежное турне. Тем не менее оптимальное решение найдено благодаря доброй воле театрального начальства, а также чуткому подходу к проблемам классического танца руководителей Министерства обороны. Несомненно, обаяние Нины Николаевны, ее смелость и энергия сыграли при этом решающую роль. Недаром партия Заремы была одной из ее творческих вершин!


Борис ЧЕРТОВИЧ.
Знамя юности. – 1995. – 23 сент.